Освоение сланцевого газа в Польше

1.08.11

Добыча сланцевого газа

Добыча сланцевого газа

Сланцевый газ, который помог США выйти на первое место в мире по объемам добычи газа, рассматривается в Украине как важнейшая составляющая энергетической безопасности страны. Министр энергетики и угольной промышленности Юрий Бойко обещает начать коммерческое освоение отечественных месторождений сланцевого газа уже через 5-7 лет, а некоторые эксперты прогнозируют, что добычу в перспективе можно будет довести до 20 млрд куб м газа в год, избавив Украину от необходимости импорта газа из России. Однако сланцевый газ — это пока новая и неизведанная область. На многие вопросы, связанные с ним, пока нет однозначных ответов. В этой связи для Украины может быть интересен и полезен опыт Польши, впервые проявившей интерес к данной теме еще в 2004 г.

Сланцевый газ найден

В конце июня 2011 г. небольшая британская компания 3Legs Resources, пробурившая первую в стране горизонтальную скважину общей протяженностью около 4100 м на сланцевой структуре Lebien недалеко от балтийского побережья, радостно сообщила об обнаружении высокой концентрации сланцевого газа. Таким образом было получено первое реальное подтверждение наличия этого энергоресурса на территории Польши.

Как отмечают польские СМИ, страна теперь приступает к новому этапу в освоении природных богатств. Вслед за первопроходцем в ближайшее время должны последовать и другие компании. Сама 3Legs Resources до октября планирует пробурить на том же месторождении еще одну горизонтальную скважину. О намерении начать разведочное бурение в IV кв. т.г. сообщила американская компания Chevron, в июле подписавшая сервисный контракт с Halliburton.

Польская государственная компания PGNiG, вступившая в партнерство с американской FX Energy, планирует в августе приступить к разведке сланцевого месторождения Kutno, ресурсы которого могут превысить 100 млрд куб м газа. По словам представителей PGNiG, благодаря Kutno компания рассчитывает в перспективе вдвое увеличить свою добычу газа, составлявшую в прошлом году около 4.2 млрд куб м.

И это далеко не все примеры. По состоянию на начало июля 2011 г. в Польше было выдано 87 лицензий на разведку сланцевого газа. При этом компании, получившие концессии, имеют право вести разведочные работы на площади, превышающей 30% территории всей страны. По данным Energy Information Administration (EIA), исследовательской организации, относящейся к американскому Министерству энергетики, польский “сланцевый пояс”, протянувшийся через всю восточную часть страны от балтийского побережья до границы с Украиной, содержит до 5.3 трлн куб м извлекаемых ресурсов природного газа.

Согласно подсчетам EIA, на Польшу приходится немногим менее трети всех запасов сланцевого газа в Европе (17.5 трлн куб м). Не удивительно, что к этим месторождениям проявляют интерес многие ведущие игроки в мировой нефтегазовой отрасли. Среди более 20 иностранных компаний, имеющих концессии в Польше, есть такие гиганты, как американские ExxonMobil и Chevron, а также французская Total.

Сланцевый газ сегодня имеет для Польши особое значение. Можно сказать, что он приобрел статус стратегического национального проекта, с которым связываются надежды на будущий рост влияния страны в восточноевропейском регионе и в Европе в целом. Прежде всего, для многих польских политиков сланцевый газ — это возможность снять зависимость от импорта российского газа.

В прошлом году его закупки составили чуть менее 9.5 млрд куб м. В настоящее время за счет поставок из России Польша покрывает две трети своей потребности в газе. Как недавно заявил министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский, один из главных “газовых оптимистов” в стране, если месторождения сланцевого газа будут признаны пригодными для разработки, Варшава может пересмотреть условия импорта газа из России.

Некоторые польские политики идут еще дальше. В частности, тот же Р.Сикорский и другие польские представители в последние месяцы неоднократно заявляли о том, что добыча польского сланцевого газа поможет избавить от российской газовой зависимости всю Восточную Европу, а также повысит энергетическую безопасность Евросоюза. Особые надежды возлагаются польскими властями и на усиление сотрудничества со США благодаря участию ведущих американских нефтегазовых компаний в освоении польских месторождений сланцевого газа.

Наконец, ряд экспертов уже мечтают о превращении Польши в “восточноевропейскую Норвегию”, получающую сверхдоходы от экспорта энергоносителей. В стране составляются планы массового строительства газовых энергоблоков, которые заменят значительную часть устаревшей угольной генерации, давно вызывающей неодобрение Европейской комиссии.

Тем не менее, этот сверхоптимизм, демонстрируемый польскими властями, по мнению специалистов, выглядит пока преждевременным. Прежде всего, пока нет точных данных о реальных резервах сланцевого газа в стране. По словам заместителя министра окружающей среды Польши Яцека Езерски, оценка EIA является только одной из многих, другие эксперты называли иные цифры — от 150 млрд до 3 трлн куб м извлекаемых ресурсов газа. В действительности же более-менее точные результаты можно будет получить не раньше, чем через 3-4 года.

Польская геологическая школа стала одной из многих “жертв” шоковой терапии начала 90-х, так что серьезные исследования сланцевых месторождений, начавшиеся в стране в прошлом году, приходится вести практически с нуля. Что касается коммерческой добычи сланцевого газа, то PGNiG недавно заявила, что при самом оптимистичном сценарии это произойдет не ранее 2014 г. Я.Езерски вообще считает, что о более-менее серьезных объемах можно будет говорить не раньше, чем через 10-15 лет.

Одна из основных проблем заключается в том, что Польша вынуждена брать на себя роль первопроходца. Конечно, в США уже накоплен успешный опыт освоения сланцевых месторождений, так что польские газовики могут воспользоваться готовыми решениями и сэкономить деньги и время, необходимы для введения в эксплуатацию здешних залежей. Однако, как предупреждают специалисты, сложностей все равно остается немало. Причем со многими из них предстоит столкнуться и Украине, как только вопрос о добыче сланцевого газа в стране перейдет в практическую плоскость.

Польские грабли

Польские власти явно стремились как можно быстрее начать добычу сланцевого газа. С этой целью они создали все условия для широкого проникновения иностранного капитала в национальную газодобывающую отрасль. Возможно, это было правильным шагом, поскольку у польских компаний не было ни средств для финансирования крупных проектов по добыче сланцевого газа, ни кадровых ресурсов.

“В ближайшие несколько лет нам придется обучить целое новое поколение инженеров”, — признавался в июне этого года Вислав Пругар, президент польской нефтяной компании Orlen — одной из трех национальных корпораций, получивших лицензии на разведку сланцевых месторождений (две другие — PGNiG и Lotos). По оценкам некоторых польских специалистов, только для того, чтобы самостоятельно разработать программу добычи сланцевого газа и внедрить соответствующие технологии, понадобилось бы не менее 5-10 лет.

Однако польское правительство, решив пригласить иностранцев, предоставило им слишком благоприятные условия. Так, для получения концессии достаточно было заплатить всего $100 тыс, заявки удовлетворялись по принципу “первый пришел, первый получил”, ни конкурсов, ни аукционов не проводилось.

Вследствие этого большая часть лицензий досталась мелким американским, канадским и европейским фирмам, которые зачастую не имеют ни достаточных средств, ни квалифицированных специалистов. Скорее всего, они будут просто “продаваться” более крупным компаниям, причем польское правительство никак не сможет проконтролировать этот процесс. Украина уже столкнулась с подобной комбинацией в случае с Vanco. Польше, судя по всему, это еще предстоит.

Известный в Польше эксперт Sobieski Institute Гжегож Пытель приводит в пример Норвегию, которая, по его мнению, нашла более оптимальный механизм предоставления концессий. “Она проводит тендеры по каждой лицензии, — рассказывает он. — Львиная доля паев в результате достается победителю тендера, но и проигравшие участники получают право участия в проекте в качестве миноритарных акционеров. Это означает не только то, что они вынуждены сотрудничать друг с другом, но и то, что младшие партнеры будут следить за владельцем контрольного пакета, чтобы тот не допускал злоупотреблений. Кроме того, в каждом проекте обязательно участвует государство в лице компаний Petoro или Statoil, которые также получают миноритарный пакет”.

Если же у концессии единственный владелец, как произошло в Польше, это может привести к некоторым неприятным последствиям. Прежде всего, согласно законодательству, после того как газ найден, в течение пятилетнего льготного периода никто, кроме владельца лицензии на разведку данного месторождения, не имеет права подать заявку на получение лицензии на его добычу.

Это означает, что государству в итоге придется вести переговоры об условиях добычи с каждым конкретным владельцем лицензии, а не с консорциумом, где часто бывает проще найти баланс интересов. С одной стороны, это может привести к затягиванию времени, а с другой — к давлению на государство со стороны крупных корпораций – владельцев лицензий.

Собственно, последнее уже имеет место быть. Как и в Украине, крупные американские корпорации, заинтересовавшиеся добычей сланцевого газа, начинают ставить польскому правительству свои условия. В частности, Chevron, проводя недавно презентацию своего польского сланцевого проекта, заявила, что ожидает от властей стабильного налогового законодательства, государственных капвложений в расширение газопроводной инфраструктуры и создание сервисной отрасли (имеется в виду закупка буровых станций и прочего бурового оборудования), изменений в регуляторном законодательстве. Chevron ждет и разъяснительной работы среди населения, которое, в отличие от политиков, пока весьма настороженно относится к перспективе бурения сотен и тысяч скважин вблизи от мест своего проживания.

Также американские нефтегазовые транснациональные компании требуют скорейшей либерализации польского газового рынка, на котором цены на газ пока регулируются государством, а PGNiG занимает положение монопольного оптового и розничного поставщика, и свободы экспорта. Последнее требование вызывает особые опасения у некоторых польских специалистов.

“Американские компании руководствуются не национальными интересами Польши, а собственными прибылями, — констатирует Г.Пытель. — Что, если они посчитают более выгодным для себя экспортировать добытый в Польше сланцевый газ по российскому газопроводу Ямал – Западная Европа, а не строить новые газопроводы для снабжения польского рынка?”. И то что большая часть концессий на разведку сланцевого газа предоставлена иностранцам (польские фирмы участвуют только в 27 из 87 проектов, имевшихся на начало июля 2011 г.), может в дальнейшем превратиться в проблему.

Уже сейчас есть один непростой вопрос, который может стать настоящим камнем преткновения на пути развития отрасли по добыче сланцевого газа в Польше. В стране только разворачивается разведка месторождений. Из 127 тестовых скважин, на которые предоставлены разрешения, по состоянию на середину июня 2011 г. пробурено лишь 7. Однако если сланцевый газ будет найден в достаточных количествах, а его добычу признают коммерчески выгодной, неизбежно встанет проблема о разделении доходов. Здесь пока еще ничего не определено.

Некоторые польские специалисты рассчитывают, что только за счет налогов на газодобычу страна должна ежегодно получать PLN20-30 млрд ($7-10.5 млрд). Бывший премьер-министр Ярослав Качинский, возглавляющий оппозицию, в мае этого года заявлял, что государство должно получать 40% доходов от продажи сланцевого газа. Однако у западных компаний, которые сейчас готовятся вести разведку польских недр, на этот счет есть другое мнение.

“У нас много возможностей для инвестирования, — заявил в июне этого года вице-президент Chevron по коммерциализации газа Патрик Блоу. — Мы заинтересованы в долгосрочных проектах. Все зависит от цены — будет ли сланцевый газ давать больший доход, чем альтернативные источники энергии”. Впрочем, тот же П.Блоу отмечает, что польское правительство “очень охотно идет на сотрудничество”. Так что можно предположить, что западные компании в случае начала добычи сланцевого газа в Польше себя, как говорится, не обидят.

Впрочем, судя по комментариям некоторых польских СМИ, для большинства местной политической элиты снижение (а еще лучше — устранение) зависимости от импорта российского газа представляет собой приоритетную цель, ради достижения которой можно и поступиться некоторыми другими интересами, например, экономическими. Конечно, важны и сам газ, и доходы от его добычи. Но в условиях доминирования в отрасли иностранного капитала Польше, по-видимому, придется пойти на существенное снижение государственных доходов, чтобы гарантировать снабжение национального рынка за счет, главным образом, внутренних ресурсов.

Технические возможности

Скептики отмечают, что успех сланцевых проектов в США вызван рядом факторов, которые не действуют в Европе. Большая часть американских месторождений находится в относительно малонаселенной пустынной или полупустынной местности, где не возникает существенных проблем с бурением тысяч скважин. По американским законам, владельцу земельного участка принадлежат и имеющиеся на нем полезные ископаемые, так что он заинтересован в их добыче и, как правило, готов перетерпеть связанные с этим некоторые неудобства. Наконец, в США весьма либеральное экологическое законодательство.

Тем не менее, власти американского штата Нью-Йорк в этом году ввели мораторий на добычу сланцевого газа методом гидроразрыва пластов, для которого требуется большое количество воды с добавлением песка и химикатов. Как опасаются экологи, данная технология истощает водные ресурсы и приводит к загрязнению водных источников. По этой же причине закон, запрещающий применение гидроразрыва, в мае т.г. приняла нижняя палата французского парламента, аналогичные запреты установлены в немецкой земле Северный Рейн – Вестфалия, где ранее планировалось реализовать проекты по добыче сланцевого газа. В настоящее время подобную возможность не исключает и правительство Великобритании.

Нет нужды говорить, что польские власти относятся к подобным препонам резко отрицательно. Некоторые политики заявляют, что видят в этих запретах происки “Газпрома”, якобы стремящегося закрепить навечно зависимость Европы от поставок российского газа, и французского “атомного лобби”. В самой Польше никаких запретов вводить не планируется.

Более того, Польша намерена активно воспрепятствовать любым попыткам европейских экологов запретить проведение гидроразрывов пластов на уровне ЕС. “Уровень риска для окружающей среды зависит от того, какие технологии вы используете”, — считает советник польского премьер-министра Михал Бони. Западные компании, со своей стороны, также обещают применять в Польше технологии, максимально щадящие окружающую среду.

Этот вопрос действительно крайне важен, потому что по польским законам для организации добычи полезных ископаемых необходимо получение разрешения от местных властей на уровне гмины (волости) — наименьшей административной единицы Польши. И хотя правительство страны в последние годы проводит активную работу, пропагандируя преимущества добычи сланцевого газа, местное население зачастую воспринимает эту перспективу без особого энтузиазма, даже при обещании создания новых рабочих мест.

В настоящее время подписи Президента Польши ожидает новый закон, значительно облегчающий решение земельных вопросов, связанных с добычей сланцевого газа. Согласно этому закону, власти могут заставить собственников земли согласиться на бурение скважин на их участке в обмен на выплату определенной компенсации. Кроме того, в ближайшее время планируется внесение поправок в экологическое законодательство, а также законы относительно использования водных и минеральных ресурсов.

Все эти нововведения направлены на то, чтобы облегчить жизнь газодобывающим компаниям и снизить либо ликвидировать стоящие перед ними бюрократические барьеры. Очевидно, аналогичные изменения в законодательстве должна будет в ближайшие несколько лет осуществить и Украина.

Чтобы стимулировать добычу сланцевого газа, польское правительство также принимает меры по расширению национальной сети газопроводов. Государственная компания Gas System, управляющая сетью внутренних газовых магистралей, недавно обнародовала программу прокладки 1000 км новых сетей на общую стоимость порядка PLN5 млрд (более $1.8 млрд).

Однако важнейший вопрос, от которого зависит будущее отрасли по добыче сланцевого газа в Польше, заключается в следующем: насколько будет выгодной эта добыча. В США себестоимость сланцевого газа варьируется от $80 до более $300 за 1 тыс куб м, при этом польские сланцевые пласты находятся на большей глубине, чем американские (как правило, 2-3 км против менее 1 км в США). Так что добыча в Польше может оказаться более затратной.

Кроме того, в Америке высоко развита сервисная отрасль, на рынке присутствуют десятки компаний, предлагающих услуги по проведению бурения. В Польше (да и во всей Европе) ничего подобного пока не наблюдается. По оценкам Я.Езерски, средняя стоимость разведочной газовой скважины в стране (обычной, без горизонтального бурения) составляет около PLN45 млн (около $16.4 млн) — в два с лишним раза больше, чем на действующих американских сланцевых месторождениях (где как раз проводится и горизонтальное бурение).

При нынешних ценах на газ в Европе, рентабельными могут оказаться и $320-350 за 1 тыс куб м, но достаточно ли это для реализации долгосрочных проектов, рассчитанных на десятилетия? Ответ на этот вопрос можно будет получить только в процессе. Как говорится, нельзя оценить вино, не попробовав его.

Без сомнения, от успеха польских проектов по добыче сланцевого газа будут всецело зависеть и перспективы создания аналогичной отрасли в Украине. В нашей стране геологические условия сходны с польскими, уровень восприятия экологических проблем, условия ведения бизнеса, государственное регулирование также имеют много общего. Поэтому можно предположить, что любые неудачи в Польше резко снизят интерес западных компаний к добыче сланцевого газа в Украине. Точно так же, как польские успехи окажут благотворное воздействие на отечественные проекты…

Польша стала первой европейской страной, приступившей к активному освоению своих сланцевых месторождений. Путь первопроходца всегда нелегок. Ответы на многие вопросы приходится искать наугад, иногда они бывают ошибочными и впоследствии находятся лучшие решения. Поэтому Украине необходимо самым внимательным образом изучать польский опыт в сфере сланцевого газа — как положительный, так и отрицательный, и делать соответствующие выводы.

Виктор Тарнавский
---
---

Комментарии:

 

---